Карлос Кастанеда. Концепция видения.

С самого начала моего ученичества дон Хуан ввел концепцию «видения», как особой способности, которую можно развить, и которая позволит воспринимать «истинную» природу вещей.

За несколько лет нашей связи у меня развилось мнение, что то, что он имеет в виду под «видением», является интуитивным восприятием вещей, или же способностью понимать что-то сразу, или, возможно, способностью насквозь видеть человеческие поступки и раскрывать скрытые значения и мотивы.
— Я могу сказать, что сегодня вечером, когда ты встретился с бабочкой, ты наполовину смотрел, наполовину видел, — продолжал дон Хуан. — В этом состоянии, хотя ты и не был полностью самим собой, как обычно, ты, тем не менее, смог находиться в полном сознании, чтобы управлять своим знанием мира.
Дон Хуан остановился и взглянул на меня. Сначала я не знал, что сказать.
— Как я управлял своим знанием мира? — спросил я.
— Твое знание мира сказало тебе, что в кустах можно найти только подкрадывающихся животных или людей, прячущихся за листвой. Ты удержал эту мысль и естественно тебе пришлось найти способ сделать мир таким, чтобы он отвечал этой мысли.
— Но я совсем не думал, дон Хуан.
— Тогда не будем называть это думанием. Скорее это привычка иметь мир таким, чтобы он всегда соответствовал нашим мыслям, когда он не соответствует, мы просто делаем его соответствующим. Бабочки, такие большие, как человек, не могут быть даже мыслью. Поэтому для тебя то, что находилось в кустах, должно было быть человеком.
— Такая же вещь случилась и с койотом. Твои старые привычки определили природу этой встречи также. Что-то произошло между тобой и койотом. Но это не был разговор. Я сам бывал в такой переделке. Я тебе рассказывал, что однажды я говорил с оленем. Теперь ты разговариваешь с койотом. Но ни ты, ни я никогда не узнаем, что на самом деле имело место в этих случаях.
— Что ты мне говоришь, дон Хуан?
— Когда объяснение магов стало ясным для меня, уже было слишком поздно узнавать, что именно сделал для меня олень. Я сказал, что мы разговаривали, но это было не так. Сказать, что между нами произошел разговор, это только способ представить все таким образом, чтобы я смог об этом говорить. Олень и я что-то делали, но в то время, когда это имело место, мне нужно было заставлять мир соответствовать моим идеям, совершенно так же, как это делал ты. Так же, как ты, я всю свою жизнь разговаривал. Поэтому мои привычки взяли верх и распространились на оленя. Когда олень подошел ко мне и сделал то, что он сделал, то я был вынужден понимать это как разговор.
— Это объяснение магов?
— Нет, это мое объяснение тебе. Но оно не противоречит объяснению магов. Его заявление бросило меня в состояние умственного возбуждения. На некоторое время я забыл о крадущейся бабочке и даже забыл записывать. Я попытался перефразировать его заявление, и мы ушли в длинное обсуждение рефлексирующей природы нашего мира. Мир, согласно дону Хуану, должен соответствовать его описанию. Это описание отражает себя.
Другим моментом его разъяснения было то, что мы научились соотносить себя с нашим описанием мира в терминах того, что я назвал «привычки». Я ввел то, что считал более всеобъемлющим термином «намеренность» — свойство человеческого сознания посредством которого соотносятся с объектом или намереваются иметь этот объект в таком именно виде.

Наш разговор вызвал крайне интересное рассуждение.

Будучи рассмотренным в свете объяснений дона Хуана, мой «разговор» с койотом приобретал новые черты. Я действительно намеренно вызвал «диалог», поскольку я никогда не знал другого пути намеренной коммуникации. Я также преуспел в том, чтобы заставить его отвечать описанию, соответственно которому коммуникация происходит через диалог. И, таким образом, я заставил описание отразиться.
Я испытал момент огромного подъема. Дон Хуан засмеялся и сказал, что быть до такой степени тронутым словами, это другой аспект моей глупости. Он сделал комический жест разговора без звуков.
— Мы все проходим через одни и те же фокусы, — сказал он после длинной паузы. — единственный способ преодолеть их состоит в том, чтобы продолжать действовать как воин. Остальное придет само собой и посредством себя самого.
— А что остальное, дон Хуан?
— Знание и сила. Люди знания обладают и тем и другим. И в то же время никто из них не сможет сказать, каким образом они их приобрели за исключением того, что они неуклонно действовали как воины, и в определенный момент все изменилось.
Он взглянул на меня. Казалось, он был в нерешительности. Затем он быстро встал и сказал, что у меня нет иного выхода. Как продолжить свое свидание со знанием.
Я ощутил озноб. Мое сердце начало колотиться. Я поднялся, и дон Хуан обошел вокруг меня, как бы рассматривая мое тело со всех возможных углов. Он сделал мне знак сесть и продолжать писать.
— Если ты будешь слишком испуган, то ты не сможешь провести свое свидание. Воин должен быть спокоен и собран и никогда не ослаблять своей хватки.
— Я действительно испуган, — сказал я. — бабочка или что иное, но что-то там лазает по кустам.
— Конечно, — воскликнул он, — мое возражение состоит в том, что ты настойчиво считаешь это человеком, точно также, как ты настойчиво думаешь, что разговаривал с койотом.

Какая-то часть меня полностью поняла, что он хочет сказать. Был, однако, другой аспект меня самого, который не отступался и, несмотря на очевидное, накрепко прицеплялся к рассудку.
Я сказал дону Хуану, что его объяснения не удовлетворяют мои чувства, хотя интеллектуально я полностью согласен с ним.
— В этом слабая сторона слов, — сказал он подбадривающе. — Они всегда заставляют нас чувствовать себя просвещенными, но когда мы оборачиваемся, чтобы посмотреть на мир, то они всегда предают нас, и мы кончаем тем, что смотрим на мир так же, как всегда это делали, без всякого просветления. По этой причине маг старается больше действовать, чем говорить. И как следствие этого, он получает новое описание мира. Новое описание, где разговор не является очень уж важным, и где новые поступки имеют новые отражения.

— Всегда, когда диалог прекращается, мир разрушается и необычные грани нас самих выходят на поверхность, как если бы они где-то содержались под усиленной охраной наших слов. Ты такой, какой ты есть, потому что ты говоришь это себе.

Карлос Кастанеда «Сказки о силе»

Карлос Кастанеда. Концепция видения.: 2 комментария

  1. Уведомление: Карлос Кастанеда «Сказки о силе» - lit-brains

  2. Уведомление: Карлос Кастанеда. Секрет сильного тела не в том, что ты делаешь для него, а в том, чего ты не делаешь. - lit-brains

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *